Неточные совпадения
Хлестаков.
Отдайте,
отдайте! Я отчаянный человек, я решусь на все: когда застрелюсь, вас
под суд отдадут.
В ней было изображено, что государь, рассмотрев доклад комиссии и взяв в особенное внимание молодые лета преступников, повелел
под суд нас не
отдавать, а объявить нам, что по закону следовало бы нас, как людей, уличенных в оскорблении величества пением возмутительных песен, — лишить живота; а в силу других законов сослать на вечную каторжную работу.
Да и «благословенный» Александр умер. Не зная, что будет далее, эти изверги сделали последнее усилие и добрались до виновного; его, разумеется, приговорили к кнуту. Середь торжества следопроизводителей пришел приказ Николая
отдать их
под суд и остановить все дело.
Незадолго до моего приезда гиляк-надзиратель по долгу службы убил каторжного, и местные мудрецы решали вопрос о том, как он стрелял — спереди или сзади, то есть
отдавать гиляка
под суд или нет.
— А что, если начальство проведает, да
под суд его за такие дела
отдаст?
— Что вы мне очки втираете? Дети? Жена? Плевать я хочу на ваших детей! Прежде чем наделать детей, вы бы подумали, чем их кормить. Что? Ага, теперь — виноват, господин полковник. Господин полковник в вашем деле ничем не виноват. Вы, капитан, знаете, что если господин полковник теперь не
отдает вас
под суд, то я этим совершаю преступление по службе. Что-о-о? Извольте ма-алчать! Не ошибка-с, а преступление-с. Вам место не в полку, а вы сами знаете — где. Что?
— Да уж где только эта кляуза заведется — пиши пропало. У нас до Голозадова насчет этого тихо было, а поселился он — того и смотри, не
под суд, так в свидетели попадешь! У всякого, сударь, свое дело есть, у него у одного нет; вот он и рассчитывает:"Я, мол, на гулянках-то так его доеду, что он последнее
отдаст, отвяжись только!"
— Три года наезды все; четвертый раз
под суд отдают, — жаловался с слезами на глазах Иван Кононов Вихрову, видно заметив, что тот был добрый человек.
— Да вы, может быть, бог знает как напутали при исполнении ваших поручений; он этим и воспользовался, —
отдал вас
под суд.
— Если бы даже я и напутал, так он не должен был бы сметь
отдавать меня
под суд, потому что он все-таки знал, что я честно тут поступал!
Налетов. Помогите хоть вы мне как-нибудь. Сами согласитесь, за что я тут страдаю? ну, умерла девка, ну, и похоронили ее: стоит ли из-за этого благородного человека целый год беспокоить! Ведь они меня с большого-то ума чуть-чуть
под суд не
отдали!
У нас уж был такой пример, что мы ограничились одним внушением-с, чтоб впредь поступал осторожнее, не сек бы зря, так нас самих чуть-чуть
под суд не
отдали, а письма-то тут сколько было! целый год в страхе обретались.
— Ни без причины, ни с причиной колотить не дозволяется. Городничий может
под суд отдать, а там как уж
суд посудит.
—
Под суд меня за это хотели было
отдать, да схимник, слепенький старец Сысой, в земляном затворе у нас живет, так он за меня заступился.
Ловкие «воротилы дела» могли путем тайной интриги подвести
под него такую каверзу, что начальство, считавшее его доселе одним из лучших и благонадежнейших офицеров, вдруг могло бы найти его весьма неблагонадежным, могло придраться к какому-нибудь случайному упущению по службе (а мало ли их!), чтобы
отдать его
под суд, могло найти вредным его образ мыслей или какие-нибудь его поступки и исключить из службы.
Встревоженный угрозой
судом, которую сделала ему вчерашний день княгиня Казимира, Михаил Андреевич не
отдавал себе ясного отчета в положении своих дел: он даже не думал о жене и хлопотал только об одном: как бы разойтись с Казимирой.
Под неотступным давлением этой заботы, он, как только встал, бросился рыскать по городу, чтоб искать денег, нужных для сделки с Казимирой. Он даже завернул в департамент к Грегуару и просил его, не может ли тот помочь ему в этом случае.
И капитан рассказал, как однажды в ответ на дерзость Корнева он ответил такой же дерзостью и был уверен, что после этого вся карьера его кончена: Корнев
отдаст молодого мичмана
под суд и его, по меньшей мере, исключат из службы, а вместо этого Корнев первый извинился перед мичманом на шканцах в присутствии всех офицеров.
— И если стать на эту точку зрения, то я должен бы не спешить на помощь товарищу, а думать о собственном благополучии. Многие адмиралы одобрили бы такое благоразумие, тем более что и правила его предписывают… Но все вы, господа, конечно, поступили бы точно так, как и я, и наплевали бы на правила, а торопились бы на помощь бедствующему
судну, не думая о том, что скажет начальство, хотя бы вы знали, что оно и
отдаст вас
под суд… Не правда ли, Ашанин?
— Не
под суд же
отдавать за каждую малость… Матрос, примерно, загулял на берегу и пропил, скажем, казенную вещь… Что с ним делать? Взял да и отодрал как Сидорову козу. А чтобы было как следует по закону, переведут его в штрафованные, и тогда дери его, сколько вгодно.
— Очень просто. Могли бы и
под суд отдать-с. И меня бы с вами на цугундер, Василий Федорович! — промолвил старший штурман.
— Пан-ымаешь, вниз головой со скалы, в кусты нырнул, загремел по камням, сам, сам слышал… Меня за него чуть
под суд не
отдали… Приказано было мне достать его живым или мертвым… Мы и мертвого не нашли… Знаем, что убился, пробовал спускаться, тело искать, нельзя спускаться, обрыв, а внизу глубина, дна не видно… Так и написали в рапорте, что убился в бездонной пропасти… Чуть
под суд не
отдали.
— Ваше благородие,
отдайте меня
под суд, пусть расстреляют лучше!
— Встань.
Отдавать тебя
под суд я не буду. Думаю, что ты уже исправился.
Ни дел, ни занятий впереди не предстояло; разве вот
под суд отдадут, так для этого мы всегда куда следует вовремя поспеем.
— А я так, напротив, полагаю, что сюжет этот не романом, а трагедией пахнет, — возразил я. — Помилуйте! с одной стороны такая сила беззаветной любви, а с другой — раны, скорпионы и, наконец, толкач! Ведь его чинами обходили, на цепь сажали,
под суд отдали, а он все продолжал любить. Это ли не трагедия?
Наверное,
отдадут нас
под суд! — думалось нам, а невидимая сила так и толкала на самое дно погибели.
Всячески отучал: и наградами обходил, и на цепь сажал, и даже
под суд однажды
отдал.
Живет спокойно такой человек: вдруг к нему приходят люди и говорят ему: во-1-х, обещайся и поклянись нам, что ты будешь рабски повиноваться нам во всем том, что мы предпишем тебе, и будешь считать несомненной истиной и подчиняться всему тому, что мы придумаем, решим и назовем законом; во-вторых,
отдай часть твоих трудов в наше распоряжение; мы будем употреблять эти деньги на то, чтобы держать тебя в рабстве и помешать тебе противиться насилием нашим распоряжениям; в-3-х, избирай и сам избирайся в мнимые участники правительства, зная при этом, что управление будет происходить совершенно независимо от тех глупых речей, которые ты будешь произносить с подобными тебе, и будет происходить по нашей воле, по воле тех, в руках кого войско; в-четвертых, в известное время являйся в
суд и участвуй во всех тех бессмысленных жестокостях, которые мы совершаем над заблудшими и развращенными нами же людьми,
под видом тюремных заключений, изгнаний, одиночных заключений и казней.
— Да ты что испугался-то? — смеялся Кишкин. — Ведь не
под суд отдаю тебя, а только в свидетели…
— Полноте, бога ради; я уж совсем там не служу; меня они, бездельники, ведь
под суд отдали.
— Ну вот, он и есть. Философию знает и богословию, всего Макария выштудировал и на службе состоит, а не знал, что мы на богословов-то не надеемся, а сами отцовское восточное православие оберегаем и у нас господствующей веры нельзя переменять.
Под суд ведь угодил бы, поросенок цуцкой, и если бы «новым людям», не верующим в Бога, его
отдать — засудили бы по законам; а ведь все же он человечишко! Я по старине направил все это на пункт помешательства.
Вот опишите это, и будет вам лучшая повесть нашего времени, и
отдадут вас за нее
под суд, а
суд оправдает, и тогда публика книжку раскупит.
— Да еще
под суд отдадут…
Но Александр Васильевич должен был тяжко отвечать за свою славу. Генерал Веймарн отнял у него команду и
отдал его
под военный
суд за ослушание. Он имел на то полное право.
В приказе об его освобождении он писал, что за такой поступок следовало бы
отдать капитана
под суд, но так как у него никакого дурного умысла не было, он находится давно
под арестом, молод, в делах редко бывал, то выпустить. Это характерная черта Суворова. Он вообще был очень снисходителен в своих взысканиях за трусость к необстрелянным.
Но Румянцев, питавший уже неудовольствие против Суворова, не шутил и, рассердившись еще более за произвольный поступок,
отдал его
под военный
суд.
— Да, знаешь, сегодня Корсаков, предревком новый, осмотрел помещения арестованных. Верно, — даже топчанов нет, прогулок не дают. Вообще, настоящая, как ты говоришь, Иродова тюрьма. Такое безобразие! Сместил начальника тюрьмы и
отдал его
под суд.
Город все время жил в страхе и трепете. Буйные толпы призванных солдат шатались по городу, грабили прохожих и разносили казенные винные лавки. Они говорили: «Пускай
под суд отдают, — все равно помирать!» Вечером за лагерями солдаты напали на пятьдесят возвращавшихся с кирпичного завода баб и изнасиловали их. На базаре шли глухие слухи, что готовится большой бунт запасных.
— Взяли на службу, не поверили, что плохо слышу! — апатично рассказывал он. — В роте сильно обижали по голове, — и фельдфебель, и отделенные. Совсем оглох. Жаловаться побоялся: и вовсе забьют. Пошел в околоток, доктор сказал: «притворяешься! Я тебя
под суд отдам!..» Я бросил в околоток ходить.
— Вон, старший врач антилеристу грозится,
под суд отдам, — заметил другой. — А нам что говорил? Тащите, говорит, ребята, что хотите, только чтобы я не видел. Почему же он нас не грозится
под суд отдать?
К концу года, гляжу, ко мне и возвращается: «Дома, говорит, день пробыл и жене гостинец
отдал, а жить мне у себя нельзя: полиция ищет,
под суд берут».
— Оттого что вас
под суд отдадут за подобное письмо. Разве можно в полуофициальном письме написать, что вы кого бы то ни было не уважаете!
— Тех, кто на рожон лезет, по-настоящему
под суд отдавать надо, — пробормотал Коростелев, не отвечая на вопрос Ольги Ивановны. — Знаете, отчего он заразился? Во вторник у мальчика высасывал через трубочку дифтеритные палочки. А к чему? Глупо… Так, сдуру…
— Тринадцать раз, шельма,
под суд отдавал! двенадцать раз из уголовной чист выходил — ну, на тринадцатом скапутился!
В один месяц готовы две повести. Далекая от мысли
отдать их когда-либо на
суд публике, я запираю обе рукописи подальше в моем письменном столе
под грудой лекций, ролей и бумаг. Запираю надолго, может быть, на всю жизнь. Но не вылить моей души в этих строках, на этих длинных страницах, я не могла. К этому вынуждала меня какая-то высшая странная сила..
— Лежи, лежи, Игнатыч. Что ж мне с тобой, друг сердечный, делать? Служил, служил, в жилку тянулся, и вдруг этакая осечка…
Под суд тебя
отдавать жалко. Да по всему видать, накатило это на тебя с чего-то.
— Ах, вы! Досадно, право, слушать. Не
под суд же мне его было
отдавать!
Пётр (сестре, насмешливо). Его
под суд надо
отдать, а ты, дура, восхищаешься — герой!
— Я тебя
под суд отдам, негодяй! В карцер! Ты мне мешаешь работать! Негодяй! Животное!
— Полно, пожалуйста, кто тебя за твое добро
под суд может
отдать? — рассуждал голова.